Юнга маркитанской лодки.

Беллетристика

(Ма-а-аленький кусочек из серии “наброски для книги”).

Кладбище встретило желто-голубым взглядом. Почти молча, прерывая тишину шумом флагов над надгробиями. Высеченные в камне лица ребят серьезно и вдумчиво смотрели в самую душу, словно спрашивая:
– ну как там, в жизни? Как ты вообще, держишься? 
Петр закурил, присев у одного из лиц. Некоторое время всматривался в знакомые черты, вспоминая до малейших деталей все, что пережили вместе.
Саня умер полгода назад. Нет, не так. Саню убили полгода назад. Кадыровцы. Добили раненого, как…

2014-й год. Они с Сашкой собираются в Донецк. Он ржет как конь, показывая прикид:
– ну, что – я на сепара похож? А чо, вроде похож)). Смотри!
Он где-то раздобыл мастерку с надписью “Россия”, волосы взъерошены, на лице улыбка в стиле “немного по-дебильному”, сигарета в зубах.
– ты переигрываешь), – Петр наклонился, шнуруя кроссовки. Сам-то тоже в таком виде, самому смешно, – веди себя спокойнее, они ж не все выделываются как в “нашей раше”.
– так, кончай учить, полковник!
– ну так я полковник, а ты даже на юнгу маркитанской лодки не тянешь)…

Мимо прошла бабулька, молча перекрестилась и вытерла скупую слезу. Наверное, сына похоронила. Тут много таких, убитых горем. Плакать уже не умеют, выплакали все. Только глаза – глубокие и живые, продолжали выдавать неописуемую боль.
Саня смотрел прямо, немного с насмешкой – таким он был всегда. Юнга… Бывают же люди, которые дополняют? Ты сложный – он легок на подъем. Ты сам себя гнобишь, копаешься в себе, тебе все время недостаточно того, что ты сделал – а он одной усмешкой разбивает все твои потуги уйти в себя.
– так, не дури. Разрушитель))). Все ж нормально идет!?

Они тогда под видом сепаров исколесили Донбасс, разведали что нужно. Пару раз было жарко, но выбрались. Ну как – выбрались?
Нет Сани больше. Будь проклята эта война…

P.S. Знаете – я не умею ставить себя на место мужчины. Очень сложно попытаться описать, что вы думаете. Учитывая, что я не воюю, мои потуги описать все это могут выглядеть жалкими. Пусть это будет просто попыткой немного передать боль утраты. Мы потеряли много ребят в этой войне. Я иногда сама проезжаю мимо кладбища, дорога немного выше, чем оно там, в поле. Видно, как на ладони. И оно тоже желто-голубого цвета, там бойцы. Едешь, и не можешь отвести взгляд. В общем, новая украинская реальность…
Имена временные. Потом перепишу.