ТЕБЕ ЗАДАНИЕ – ВЫЖИТЬ.

Политика

Кто попадал в плен к чеченцам или казачкам – мог оказаться в яме на улице. Чтобы украинцы не умерли с голоду – им в яму бросали булку на десятерых. Раз в сутки. Среди “дежурных” попадались такие, кто забегал к пленникам с намерением просто расстрелять – каждый раз, когда ползли слухи о скором взятии Донецка силами ВСУ (по мотивам интервью с Сергеем Степановым, бойцом 20-го батальона).

… И это тоже можно назвать адом. Для каждого он свой – тюрьма, семья, школа, плен. Первая задача – выжить. Морально и физически. Вторая – выбраться.
Выжить и выбраться. Яма, четыре стены или почти могила где-нибудь в степях Донбасса после боя. Если ты понимаешь, что есть шанс – ты должен выжить и выбраться. Сколько из вас это проходили? Коридоры смерти, устроенные “ихтамнетами”, котлы, марши пленных в Донецке – это тоже ад, больший или меньший. И одному Богу известно, что ты чувствовал в тот или иной момент…

Быть привязанной к столбу “позора” на оккупированной территории, с украинским флагом и табличкой, указывающей на твою позицию – это ад. Когда они плюют на тебя, оскорбляют и разгоняются, чтобы засадить ногой по почкам – через это тоже проходят. Из этого выбирались.
Приговор, оглашенный россиянами за то, что ты на своей земле остался гражданином СВОЕЙ страны, и долгие месяцы, и даже годы заточения – это тоже испытание. Сильнейшее. Сохранишь ли ты надежду? Веру? Верность? Дай Бог им выжить и выбраться…

Не буду врать – как большинство женщин избегаю фото особых зверств, или описаний издевательств. Если бы я была, например, военным журналистом, или просто журналистом – это было бы работой. Хочешь или не хочешь – разбирайся. Смотри. Слушай и пиши. И нервы для этого нужно иметь железные, или же чувства должны притупиться – чтобы методично заниматься обработкой ТАКОЙ информации.
Сейчас война – и каждый из нас становится в какой-то мере военным журналистом. Конечно, есть политический мусор, для которого и герои – не герои. И война – не война. Но это их совесть, позарившаяся на обещания и хорошо оплаченная извне.

Я знаю, что многие никогда не расскажут, через ЧТО они прошли. Потому что есть вещи, после которых можно в петлю, или сломаться на всю оставшуюся жизнь.
В какой-то момент очень хотелось, чтобы они, которые россияне – из Москвы, Питера, Краснодара, Читы, Тольятти – услышали, узнали, ужаснулись. Что ИХ государство принесло на нашу землю. Потом пришло понимание – что этого не будет. В какой-то момент стало все равно. Узнают? Поймут? Ужаснутся?
… Да какая теперь разница? Что от этого изменится?

У Украины две задачи: ВЫЖИТЬ И ВЫБРАТЬСЯ. И все меньше людей сомневаются, что так и будет. Мы это сделаем.